Брет Вайнштейн даёт показания в Конгрессе о беспорядках в колледже Эвергрин-Стейт, свободе слова ...

Описание: Показания Брета Вайнштейна в Палате представителей о кризисе свободы слова в университетских кампусах США.

В показаниях доктора Вайнштейна членам Комитета по надзору и правительственной реформе пояснялось, что кризис не связан в первую очередь со свободой слова и не будет ограничиваться университетскими кампусами в ближайшее время.

Помогите поддержать мою работу на платформе Patreon:   / bretweinstein  

Twitter: @BretWeinstein   / bretweinstein  

Отрывок из показаний доктора Вайнштейна:

Угнетение под видом справедливости
Показания Брета С. Вайнштейна
Палата представителей США
22 мая 2018 г.

Завтра исполняется год с того дня, как 50 студентов Evergreen — студентов, которых я никогда не встречал, — прервали мой урок, обвинив меня в расизме и требуя моей отставки. Я пытался их урезонить. Я не чувствовал страха, потому что знал, что, какими бы ни были мои недостатки, среди них не было нетерпимости.

В тот момент я был уверен, что смогу достучаться до этих студентов. Я также чувствовал моральное обязательство попытаться. Расизм, который разрушает человеческий потенциал и унижает человеческое достоинство, оскорбляет меня. Я также хорошо разбираюсь в эволюционной логике, которая делает расизм устойчивым. У меня не должно было возникнуть проблем с поиском взаимопонимания.

Их ответ меня удивил, и мне потребовались месяцы, чтобы полностью осознать произошедшее. Протестующие не проявили никакого интереса к диалогу, который они, казалось бы, приглашали. Ещё больше меня удивило то, с каким рвением протестующие перекрикивали моих студентов, некоторые из которых знали меня годами. Жестокость и насмешки, с которыми они обращались к темнокожим студентам, выступавшим в мою защиту, были особенно пугающими.

Если не дискуссии, то чего они хотели? Я был одним из самых популярных профессоров Эвергрина. У меня был такой же статус, как у Эвергрина. Неужели они действительно думали, что смогут заставить меня уйти в отставку на основании беспочвенного обвинения?

Они действительно так думали. И они были правы. Чего я не учел, так это их союза с новым президентом Эвергрина.

Хотя протестующие открыто унижали его, президент колледжа тайно сотрудничал с толпой, предлагая им одну уступку за другой. Мы знаем это, потому что бунтовщики всё сняли на видео и с гордостью выложили в сеть. В одном особенно показательном видео президент Бриджес спокойно обсуждает с лидерами протеста требование преследовать преподавателей STEM, основанное на пустом утверждении, что учёные особенно склонны к предвзятости. В том же видео президент рассказывает о своём плане в отношении тех, кто сопротивляется новому порядку: «Приведите их. Обучите. А если они не поймут, накажите». Он предлагает своим партнёрам призвать его к ответу.

На второй день беспорядков мне позвонила начальник полиции. Бунтовщики перекрывали движение и искали кого-то, переезжая из машины в машину. Начальница полиции решила, что это я. Она беспокоилась за мою безопасность и была бессильна защитить меня, поскольку президент приказал своим сотрудникам «отступить». Что бы произошло, если бы бунтовщики меня нашли? Я до сих пор не знаю, и сильно подозреваю, что они тоже не знают.

Протест на моей лекции возник не на пустом месте в мае 2017 года. Годом ранее я выступил против опасного предложения, грозившего установлением расовой иерархии среди преподавателей.

Тем, кто не сталкивался с подобным, это, вероятно, покажется преувеличением. Но сейчас можно продвигать подобные решения и почти наверняка добиться их принятия, если их грамотно облечь в военную терминологию. Например, «равенство» приобрело особые свойства. Если человек выступает против предложения о «равенстве», те, кто его продвигает, могут с уверенностью утверждать, что их оппонент мотивирован неприятием самого расового равенства: другими словами, что они расисты.

Моё несогласие с этим первым предложением о «равенстве» было высказано моим коллегам в отсутствие студентов. Требования моей отставки год спустя не были результатом естественного студенческого замешательства. Они стали расплатой за нарушение фактического кодекса поведения преподавателей, согласно которому право на свободу слова теперь продиктовано приверженностью господствующей ортодоксальной системе, где раса, пол и сексуальная ориентация имеют первостепенное значение. Студенты выполняли свою миссию. Они стали невольными орудиями сознательного движения.

Комитету следует воспринять мою историю как предостережение. Существует ли кризис свободы слова в университетских кампусах? Конечно, можно утверждать подобное, но такое описание как минимум настолько же обманчиво, насколько и информативно. То, что происходит в университетских кампусах, – это вопрос власти и контроля: свобода слова ограничивается как крайняя мера, когда люди не способны к самоцензуре в ответ на угрозу парализующей стигмы и лишения возможности зарабатывать.

Полное слушание:
https://oversight.house.gov/hearing/c....